ЗАГАДКИ И ТАЙНЫ ХХ ВЕКА


ТАЙНЫ ВОЙНЫ


ТРИ ЗАГАДКИ БОЯ В ПРОЛИВЕ СУРИГАО

Продолжение

КАТАСТРОФА "ФУСО"

Любопытной и загадочной историей, связанной с боем в проливе Суригао, является гибель линкора "Фусо". Огромный корабль с экипажем в полторы тысячи человек покинул строй соединения и сперва затерялся в непроглядной темноте тропической ночи, а затем погиб со всеми находившимися на борту.

Внешний вид линкора "Фусо" (после модернизации)

На первый взгляд в гибели "Фусо" нет ничего необычного. Линейные корабли, имевшие на борту очень значительное количество взрывчатых веществ, нередко погибали, салютуя на прощанье чудовищным "фейерверком". Причем неоднократно мощнейшим внутренним взрывом сопровождалось опрокидывание. В ходе Второй мировой войны вызванные самыми различными причинами внутренние взрывы, кроме "Фусо", уничтожили (или сопровождали гибель) английские "Худ" и "Бархэм", американскую "Аризону", японские "Муцу", "Конго" и "Ямато", итальянскую "Рому", советский "Марат". Вместе с тем, даже беглый взгляд на описания гибели "Фусо" выделяет этот случай из ряда подобных катастроф.

Когда после войны американская Военно-морская академия провела доскональный анализ маневров и действий японских кораблей в бою в проливе Суригао, в своих выводах она отметила: "Никакая достоверная информация о судьбе "Фусо" не доступна". Тем не менее, собранные академией материалы содержат хотя и отрывистые, но очень ценные сведения о последних часах японского линкора. При этом выделяется целый ряд неясных моментов.

1. Известно, что корпус корабля в результате взрыва был разорван на две части. Где именно находилось место разрыва?

2. Все источники описывают сильные пожары на обеих частях "Фусо" после разрыва корпуса. Имелся ли пожар на борту линкора до взрыва, какой характер он имел и мог ли взрыв стать его прямым последствием?

3. Почему расстояние между дрейфующими носовой и кормовой частями корпуса "Фусо" к моменту потопления носовой секции (т.е. через 1 час 15 минут после взрыва) составляло целую милю?

4. Известно, что части "Фусо" длительное время сохраняли плавучесть. Почему с корабля никто не спасся?

Внешний вид линкора "Фусо" в 1917 году

Итак, в 03:09 "Фусо" был торпедирован американским эсминцем "Мелвин". Линкор сразу же накренился на правый борт, потерял скорость, покинул строй, затем, получасом позже, взорвался, разломившись на две части. Это общеизвестное, но слишком краткое описание катастрофы корабля. Поэтому стоит рассмотреть детали.

Внешний вид линкора "Фусо" в 1935 году после модернизации

Всего через две минуты после торпедирования скорость линкора упала до 12 узлов. Очевидно, в это время контр-адмирал Бан решил вывести корабль из колонны, повернув на курс 30 градусов, поскольку "Могами" оставил линейный корабль справа от себя в 03:13. С типичным японским упорством "Фусо" первоначально продолжал продвигаться с остальной частью Соединения "С", находясь справа от колонны Нисимуры.

Но в 03:18 "Фусо" начал поворот на восток, все еще делая около 10 узлов. Вероятно, контр-адмирал Бан получил тревожное сообщение от командира аварийного дивизиона. По всей видимости, в результате торпедного попадания возник и начал распространяться пожар, а вследствие затопления отсеков увеличивался крен на правый борт. Пожар или затопление отсеков (либо и то, и другое) грозили выйти из-под контроля. Достоверность этого предположения, по всей видимости, никогда не будет проверена, но именно такая ситуация могла повлечь за собой решение командира "Фусо" изменить курс на обратный и покинуть поле боя. В 03:23 линкор повернул еще на 90 градусов и на малой скорости пошел курсом 190 градусов. В этот момент "Фусо" наблюдали прошедшие поблизости, незамеченные с линкора, торпедные катера РТ-495 и РТ-524. По неизвестной причине они отказались от атаки (к большому огорчению аналитиков американской военной академии, которые так и не смогли понять, почему правильно идентифицированный вражеский линейный корабль не был атакован).

Хотя большинство источников описывает перемещение "Фусо" как дрейф (течение в проливе Суригао действительно следует с северо-востока на юго-запад), вовсе неочевидно, что на самом деле корабль в этот момент уже остался без хода. Как отметили операторы американских радаров, "Фусо" "медленно следовал" по проливу на юг. Весьма возможно он еще мог давать небольшой ход, в то время как его аварийные партии пытались взять ситуацию под контроль. Но катастрофа уже была неотвратима. По всей видимости, пожары на "японце" начали вызывать взрывы, поскольку в 03:38 американский эсминец "Хатчинс" (находившейся, примерно в 14.000 ярдах от "Фусо") доложил о трех слышимых отдаленных взрывах: "двух слабых и одном громком".

Внезапно, в 03:45 раздался мощный взрыв с выбросом огромного форса пламени, который, казалось, заполнил весь пролив, и был отмечен даже на линейном корабле "Миссисипи", где наблюдали "огонь, достигающий верхушек стеньг". Вероятно в этот момент, но уж точно до 03:50 (когда на месте одной радарной отметки от "Фусо" появилось две), японский линкор разорвало надвое. Так как он был поражен торпедой в середину корпуса, а затем разломился на две части, естественно заключить, что произошел взрыв погребов башни ГК №3 или №4 (а возможно, и обеих). Правомерно также предположить, что и место разлома корпуса находится в районе расположения этих погребов, то есть образовавшиеся части корабля были если не одинаковыми, то, по крайней мере, сопоставимыми по размерам.

Однако эти очевидные посылки в свое время встретили возражения в самых авторитетных кругах. Американские специалисты в области кораблестроения, исследовавшие вопрос после войны, пришли к заключению о практической невозможности разлома "Фусо" на две близкие по размерам части (т.е. посередине корпуса и в пределах цитадели). В качестве аргумента они привели взрыв линкора "Аризона", в результате которого, несмотря на мощную детонацию носовых погребов, разлома корпуса в области, защищенной броневым поясом, не произошло. В официальном ответе на запрос Академии, который подписал руководитель Бюро по Кораблям (Bureau of Ships) контр-адмирал Альберт Г.Мумма, была выдвинута версия потери линкором "Фусо" в результате взрыва только носовой оконечности, то есть разрыва корпуса в районе носовой группы башен. В качестве иллюстрации приводилась картина гибели крейсера "Хелена", носовая часть которого оставалась на плаву в течение более двенадцати часов.

Представляется, что Бюро по Кораблям, руководствовавшееся исключительно американскими военными материалами и боевым опытом, и в момент вынесения заключения еще не имевшее в своем распоряжении всех данных о фактах гибели линкоров во Второй мировой войне, было сильно ограничено в объемах сведений, на которые оно могло бы опереться. Сравнение гибели "Фусо" со взрывом "Аризоны" представляется несколько натянутым, хотя бы из-за существенной разницы в компоновке: американский линкор имел башни главного калибра (а значит, и погреба) только в оконечностях; "японец" имел две башни ГК в центральной части корпуса, их погреба примыкали непосредственно к машинным и котельным отделениям (отсекам большого объема). Опыт Второй мировой показал, что линейные корабли в результате разрывов корпуса в большинстве случаев немедленно шли на дно. Так, у гибнущего "Худа" корма погрузилась сразу, а нос оставался на поверхности всего девяносто секунд. Корма итальянского линкора "Рома", разорванного в районе фок-мачты взрывом погреба башни №2, некоторое время оставалась на поверхности, остатки носа ушли на дно почти сразу. Наконец, после взрыва кормовых погребов "Муцу", разломившего линкор у грот-мачты, носовая часть корабля сразу же опрокинулась и пошла ко дну, а перевернутая вверх килем корма оставалась на плаву до следующего дня. Все это случаи разрывов линкоров на две соизмеримые, хоть и не равные части. Похоже, "Фусо" выпадает из этого ряда.

Многочисленные свидетельства с обеих сторон подтверждают, что обе части японского линкора долгое время оставались на плаву, причем, не опрокидываясь. Последний момент особенно поразителен, так как известно, что на японских кораблях традиционно имелись проблемы с "верхним" весом, а носовые надстройки линкоров (получившие у американцев прозвище "пагоды") являлись сооружениями, очень высокими и громоздкими. Части линкора не могли перевернуться, если бы они сели на дно, пусть даже частично (глубина в проливе Суригао местами позволяет всерьез рассматривать такие предположения). Но тогда они не смогли бы и дрейфовать!

Считается, что роковой удар по японскому линкору нанёс эсминец "Мэлвин"

Версию с отрывом носовой оконечности "Фусо" (разлом корпуса в районе носовой группы башен) легко отклонить, ознакомившись с последствиями взрыва линкора "Марат" 23 сентября 1941 г. в гавани Кронштадта. "Марат", сопоставимый с "Фусо" как по возрасту, так и (конечно, с весьма серьезной натяжкой) по компоновке, в результате детонации погреба башни ГК №1 полностью лишился носовой надстройки, да и, практически, всей носовой оконечности как таковой. То, что осталось от носа советского линкора, оторвись эта часть от остального корпуса, не продержалось бы на поверхности и нескольких минут.

Вновь обратимся к свидетельствам очевидцев. Эсминец "Касуми" из отряда адмирала Сима в 03:43, когда Второе Ударное Соединение на 28 узлах следовало через пролив, отметил: "Прямо по курсу обнаружены горящие корабли. Орудийный огонь [соединения Нисимуры] ...указывает на идущий впереди бой". В это время (03:43) "Ямасиро", "Могами", и "Сигурэ" продолжали движение на север, "Асагумо" полз за ними, "Ямагумо" и "Митисио" уже затонули. Если "Фусо" в 03:45 взорвался и "был охвачен огнем", как сообщили американские торпедные катера, то линкор лучше всего подходит под описание "Касуми": "горящие корабли", наблюдаемые впереди по курсу. Необходимо отметить, что большинство данных по хронометражу боя обобщены с американских источников, так что время, указанное "Касуми" (03:43), может оказаться более точной отметкой момента взрыва "Фусо".

"Касуми" и другие корабли Второго Ударного Соединения продолжали движение и в 04:10 повернули налево, чтобы обойти горящие остовы во избежание столкновения. Затем на "Касуми" отмечают: "04:18. Готовность к одновременной торпедной атаке и открытию орудийного огня. Три горящих корабля в пределах диапазона видимости. Наблюдаются вражеские красные трассирующие снаряды с направления от о.Хайбьюсон. Также замечены вспышки орудийного огня очевидно дружественных единиц...". Время этой записи в вахтенном журнале критическое. В 04:18 "Ямасиро" начинает переворачиваться, "Сигурэ" возглавляет отступление в пролив, "Могами" также движется на юг. "Тремя горящими кораблями" могут быть только "Могами" и две части "Фусо". Американские радары начали прослеживать раздвоение радарной отметки "Фусо" после 03:50. Пожар на "Могами" в этот момент документально подтверждается. В тоже время, горение "Асагумо" маловероятно, "Сигурэ" не горел, а "Ямасиро" уже затонул.

В интервью, которое адмирал Сима дал после войны, он сообщил, что горевшие корабли, встреченные его отрядом в проливе (то есть части "Фусо"), пылали "подобно огню сталелитейного завода". На послевоенном допросе командир минно-торпедной боевой части крейсера "Нати", Мори Кикути, добавил следующие детали.

Мори: "...хотя дождь прекратился, из-за плохой видимости мы не могли определить наше положение. Затем мы обнаружили два пожара... два горевших корабля, очень большие корабли... мы также видели плотную дымовую завесу с обеих сторон этого горения...".

Вопрос: "На каком расстоянии от вас находились горящие корабли во время их обнаружения?".

Мори: "Когда мы впервые увидели пожар, я полагал, что это было приблизительно в 20 тысячах метров от нас. Мы знали, что горели японские корабли, но не подходили к ним, прошли мимо...".

Вопрос: "Вы прошли мимо горящих кораблей и продолжали движение? Вы знали, что это за корабли, мимо которых вы проходили?".

Мори: "Мы полагали, что это были два линейных корабля, но когда мы прибыли в Манилу, мы слышали, что это был один линейный корабль - "Ямасиро" и три эскадренных миноносца близко друг к другу вместо двух линейных кораблей...".

Показания Мори нуждаются в комментариях. Во-первых, указание на горение частей якобы "Ямасиро" основано на знании Мори сути доклада командира "Сигурэ" Нисино вице-адмиралу Симе, согласно которому флагманский корабль Нисимуры погиб от взрыва в проливе. Во-вторых, одновременное горение трех эсминцев, это, по-видимому, домыслы или Мори, или Нисино, являющиеся следствием факта гибели в бою трех из четырех эсминцев Нисимуры. То есть надо иметь в виду, что Мори и другие на мостиках кораблей отряда Второго Ударного Соединения наблюдали горевшие части "Фусо". В-третьих, первоначальная уверенность штаба Симы в том, что они проходят мимо двух японских линейных кораблей предполагает, что на этот момент части "Фусо" не были перевернуты килем вверх и имели достаточное количество надстроек (для идентификации как японские линкоры); были приблизительно равны по своим размерам и достаточно удалены друг от друга (чтобы выглядеть как два погибавших корабля).

Где же должен был произойти взрыв "Фусо", чтобы последствия его оказались именно такими? Приводится признать, что фактическая точка разрыва "Фусо" остается неизвестной. "Разорванный пополам" или "две горящие части" может означать все, что угодно. Если взорвались погреба посредине корабля, вероятнее всего "Фусо" разорвало в районе взрыва. Огромная громоздкая "пагода" в результате напряжения конструкции могла обрушиться почти вся или утратить значительную верхнюю часть, что явно стабилизировало бы носовую секцию, выравнивая ее дифферент. Любые подробности остались скрытыми от сторонних наблюдателей интенсивным горением разлившейся нефти. К сожалению, эти гипотезы могут быть подтверждены или опровергнуты только детальным обследованием покоящегося на дне корпуса.

Вероятно, именно так распределились попадания торпед в "Фусо"

В свою очередь, знание места разрывa корпуса позволило бы реконструировать источник взрыва. Простая констатация взрыва погребов башен №3 или №4 дает немного. Например, хотя части "Фусо" обычно описываются как "объятые огнем", не ясно, насколько силен был пожар на "Фусо" до взрыва. Сообщение "Могами", описывающее торпедирование линкора и момент, когда корабль покинул колонну, вообще не упоминает ни о каком пожаре. С эсминца "Сигурэ", находившегося в 03:30 всего в 5 километрах от "Фусо", линкор так и не разглядели. Это также свидетельствует о том, что всего за 15 минут до взрыва снаружи корпуса "Фусо" пламени не наблюдалось. Кроме того, косвенное свидетельство того, что пожар не был виден первоначально, имеется с американской стороны. Торпедные катера РТ-489, РТ-492 и РТ-495, приблизившиеся к "Фусо" в 03:45, сообщили, что линкор "внезапно" был объят огнем и взорвался. То есть, прежде "японец" не был в огне?

Известно, что комиссия, созданная английским Адмиралтейством для расследования обстоятельств гибели линкора "Бархэм", пришла к выводу, что торпедные попадания начали пожар погребов четырехдюймовых снарядов, который затем, еще до окончания опрокидывания линкора, вызвал пожар и взрыв кормовых погребов главного калибра. По аналогии можно предположить, что торпедные попадания в "Фусо" первоначально явились причиной пожара только в погребах противоминной батареи правого борта, и целый час ушел на распространение огня до погребов главного калибра. Однако горение "Фусо" в течение целого часа между моментом торпедного попадания и моментом взрыва - всего лишь версия.

Вместо этого, можно предположить, что "Фусо" покинул строй со значительным затоплением и потерей мощности, а в 03:38 напоролся на американскую торпеду (одну из тех, что в избытке пересекали воды пролива в ту ночь) и взорвался. Такая гипотеза имеет право на существование, но и ее проверить невозможно. "Конго" и "Ямато" опрокидывались от поступления забортной воды и только потом взрывались. Этот сценарий явно не подходит к "Фусо", так как его части остались на плаву. Сегодня ответов на эти вопросы нет. Уверенно можно утверждать лишь то, что "Фусо" взорвался и был разорван в интервале 03:38 - 03:45.

Самым труднообъяснимым фактом, связанным с гибелью линкора "Фусо", является, на мой взгляд, то расстояние, на которое его дрейфующая кормовая часть обогнала носовую. К моменту взрыва линкор шел курсом на юг, по направлению проходящего по проливу течения. Судя по отметкам на американских радарах, уже к 04:00 кормовая секция обогнала носовую, пройдя по проливу дальше на, приблизительно, 2000 ярдов и несколько склонилась к юго-востоку. Впоследствии эта дистанция сохранялась до момента потопления носовой части "Фусо" крейсерами Олдендорфа в 05:35. По этому поводу в заключении Бюро по Кораблям сказано, что "одного только взрыва [линкора "Фусо"] не было достаточно для разделения частей на, приблизительно, 2000 ярдов, на что указывают данные радара, поэтому корма, должно быть, в течение заметного времени после взрыва имела ход". Это "заметное время", исходя из хронологии катастрофы, может быть оценено в 10 - 15 минут.

Могло ли такое случиться? Достаточных данных для однозначного ответа на этот вопрос не существует. Известно, что почти сразу после взрыва "Марата", который в момент поражения находился без движения, предпринимались попытки развести пары в двух котельных отделениях. Этого не удалось сделать лишь из-за поступления вместе с мазутом через форсунки впрыска забортной воды. Но "Фусо" в момент взрыва, скорее всего, был на ходу. Можно предположить два основных сценария развития событий, которые привели к возникновению дистанции между секциями линкора.

Японские линкоры "Ямасиро", "Фусо" и "Харуна". Вторая половина 30-х гг.

Первый. Кормовая секция на некоторое время действительно сохранила ход, то есть в рабочем состоянии осталось какое-то количество котлов и машин. В результате разрыва линкора корма оказалась отделена от участка корпуса, первоначально пораженного торпедами и, если поступление забортной воды в отсеки кормовой секции какое-то время удавалось сдерживать, это и позволило ей двигаться "своим" ходом те самые 10 минут. Затем, когда по тем или иным причинам машины встали, корма дрейфовала дальше, также как и носовая секция, и расстояние между ними больше не изменялось. В этом случае, склонение кормовой части к юго-востоку можно объяснить попыткой остающихся на ней людей приткнуть остов к восточному берегу пролива. Такое развитие событий являет очередной пример храбрости и упорства, продемонстрированный японскими моряками в тяжелейшей ситуации.

Второй. Не корма за первые 10 минут после взрыва вырвалась вперед, а носовая секция по каким-то причинам оставалась на месте. Например, если носовая часть после взрыва сохранила свою громоздкую и высокую надстройку, то сразу после разрыва корпуса носовая секция должна была сильно просесть в направлении центральной части. При этом "обломок" (не менее 80 метров длиной) на какое-то время своим местом разлома могла упереться в дно - диапазон глубин в проливе позволяет сделать такое предположение. Или резкое увеличение объема погруженной под весом "пагоды" части каким-то иным образом повлияло на скорость дрейфа носовой секции, снижая таковую. Если первоначально носовая надстройка "Фусо" осталась целой, а, как известно, нос после взрыва не перевернулся, это почти наверняка означает, что напряжения конструкции рано или поздно должны были отломить от "пагоды" существенный фрагмент "верхушки". Когда это произошло (например, через 10 минут после взрыва), носовая часть должна была (могла) подвсплыть, уменьшив свой дифферент. Это позволило бы ей или оторваться от дна и начать дрейф, или увеличить его скорость, хотя бы за счет увеличения парусности конструкции.

Так или иначе, остается документально подтвержденным фактом то, что в 03:48 корма "Фусо" находилась на пеленге 293° и расстоянии 7700 ярдов от северного конца острова Канихэн (Kanihaan), в то время как нос корабля был на пеленге 291° и расстоянии 8000 ярдов от того же самого места. Когда же в 04:00 обе секции дрейфовали на юг со скоростью в 2,5 узла, дистанция между ними составляла 2000 ярдов.

В течение часа, следовавшего за взрывом, оставшиеся в живых члены экипажа "Фусо", отчаянно боролись за свою жизнь. Судя по всему, после катастрофы на борту двух частей линкора оставалось большое количество людей. Около 04:10 мимо них в пределах видимости прошли "Нати" и "Асигара". Части "Фусо" продолжали дрейфовать на юг. Возможно, люди ожидали рассвета, чтобы решиться преодолеть водное пространство, отделяющее остовы от ближайшего берега. Около 05:00 поблизости оказался покалеченный "Асагумо". Но именно в это время японцев настигли преследователи-американцы. Они начали погоню за кораблями Нисимуры в 04:32, когда Олдендорф повел крейсера левого фланга на юг. Вскоре на расстоянии в 14 миль американцы обнаружили отступающего противника ("Нати", "Асигара" и "Могами"). Когда в 05:18 крейсера Олдендорфа приблизились на дистанцию стрельбы, а отходящие японские корабли поравнялись с дрейфующими частями "Фусо", начало рассветать. Сима прибавил скорости, но "Могами", а тем более "Асагумо" не имели такой возможности. В 05:31 "Луисвилль", "Портленд" и "Денвер" открыли огонь.

Флагманский "Луисвилль" в качестве цели выбрал находящуюся в 10 милях носовую секцию "Фусо", зафиксировав, что цель была большая, но неподвижная и охваченная сильным пожаром. В это же время мателоты Олдендорфа весьма эффективно обстреливали "Могами" и "Асагумо". "Луисвилль" уже в 05:33 перенес огонь на "Могами": восемнадцати выстрелов хватило для того, чтобы нос "Фусо" начал погружаться и вскоре затонул в точке 10° 09' N, 125° 24' Е. Эсминец "Кони" сообщил, что цель исчезла с экрана радара в 05:36:30, "Клакстон" назвал более позднее время - 05:40. Будто бы удовлетворившись результатом, Олдендорф в 05:37 начал перегруппировывать свои корабли, дав тем самым возможность "Могами" и "Асагумо" оторваться от погони. Впрочем, охота возобновилась менее чем через час.

Немного к юго-востоку дрейфовала объятая пламенем кормовая часть погибшего линкора. Горела нефть, растекшаяся из разорванных танков. Представляется, что часть экипажа "Фусо" в это время все еще оставалась на его корме, и начала покидать остов только с наступлением утра. Весьма возможно, оставшиеся в живых на корме видели расстреливаемый, а затем тонущий нос, и именно поэтому они, наконец, решили покинуть обломки линкора.

Когда в 06:30 над проливом Суригао взошло солнце, "Асагумо" оказался вблизи горящей кормы "Фусо", неясно, то ли для совместной обороны, то ли в попытке спасти оставшихся в живых. Именно в это время торпедный катер РТ-323 "обнаружил в 2,5 милях эскадренный миноносец, стоящий около большого корабля, на котором бушевал пожар". Примерно в это время корма "Фусо" начала тонуть, и если "Асагумо" действительно принимал на борт уцелевших с линкора, появление РТ-323 вынудило его прервать эти попытки. Покалеченному эсминцу не удалось отразить атаку, и в 06:46 РТ-323 попал торпедой в корму "японца", что окончательно вывело "Асагумо" из строя.

Около 06:40 горящая кормовая часть "Фусо" наконец пошла на дно. Хотя никто на американских кораблях визуально не наблюдал ее затопления, приблизительное время погружения может быть установлено сверкой хронометража наблюдений американских торпедных катеров, которые проходили район в различное время. Корма все еще оставалась на плаву, когда РТ-323 выходил в атаку в 06:30, но в 06:52, когда другие катера прошли в 700 ярдах мимо о.Канихэн, ее уже не было на поверхности. "Хотя огонь на поверхности воды горел очень сильно... там не было никакого корабля", - отметили они. Очевидно кормовая часть "Фусо" только что погрузилась в точке 10° 08' N, 125° 24.6' Е, к юго-востоку от места затопления носа линкора, и через час после него.

На основании вышеизложенного наиболее вероятная картина гибели линейного корабля (собранная из японских и американских отрывочных сведений американцем А.Д. Невиттом) выглядит следующим образом. В 03:09 "Фусо" был торпедирован в середину корпуса в правый борт. Попадания вызвали умеренный, но стойкий внутренний пожар и затопление части котельных (или машинных) отделений. Линкор накренился на правый борт и потерял половину скорости. Несколько минут спустя командир "Фусо" контрадмирал Бан Масами узнал, что ситуация вышла из-под контроля. Пожар или затопление (возможно, обе эти причины) начали распространяться от места поражения по соседним отсекам.

В 03:38 огонь начал взрывать погреба 5,5-дюймовых снарядов и, в пределах нескольких минут, произошел взрыв погреба орудийной башни №3. В 03:45 "Фусо" разорвало на две части в районе этой башни с сохранением кормовой надстройки. Под тяжестью "пагоды" нос задрался форштевнем вверх. Последующие напряжения конструкций сломали и обрушили верхнюю часть носовой надстройки. Благодаря этому остаток носовой части (возможно включавший боевую рубку) несколько выровнял свой дифферент. Обе секции, просев в сторону более тяжелой центральной части, сохранили достаточно плавучести, чтобы остаться на поверхности. В течение короткого времени кормовая секция имела достаточно инерции, чтобы продолжать движение, но скоро остановилась.

В качестве альтернативы рассматривается вариант развития событий, при котором "Фусо" разорвало взрывом погребов башни №4; носовая часть сохранила "пагоду". Обе половины дрейфовали на юг, объятые пламенем, подпитываемым разливающимся топливом. Нос был потоплен американцами орудийным огнем в 05:35, корма затонула вследствие поступления забортной воды сама около 06:40.

Касаясь судьбы экипажа линкора, необходимо сразу же оговориться, что точное число офицеров и матросов, вышедших на нем в последний поход, неизвестно. Исходя из сопоставления с имеющимися данными по соизмеримому (но не однотипному!) линкору "Хиуга" (на октябрь 1944г.: 102 офицера и 1155 старшин и матросов), приблизительных данных о погибших с линкорами "Ямасиро" и "Конго" (соответственно 1400 и 1600 человек), можно предположить, что в последнем бою на "Фусо" находилось от 1400 до 1600 моряков.

Из этого числа между 05:40 и 06:30 изувеченный остов покинуло, по имеющимся оценочным данным, около трех сотен человек, в основном - находившихся на кормовой части. Корабли Олдендорфа возобновили свое движение на юг в 06:17, а в 07:07 открыли огонь по настигнутому "Асагумо", дрейфующему в это время в точке погружения кормы линкора. На потопление японского эсминца американцы потратили 14 минут.

После гибели "Асагумо" в 07:22 с проходящего к северо-востоку от о. Канихэн американского эсминца "Хейвуд Л.Эдварде" на поверхности воды обнаружили две большие группы японцев. Сообщение "Эдвардса" ясно указывает на то, что это были обособленные группы, разделенные водным пространством. О близком расположении около 06:00 "Асагумо" и кормовой части "Фусо" уже говорилось выше. Все это позволяет предположить, что оставшиеся в живых члены экипажа "Фусо" решили покинуть кормовую секцию, когда "Асагумо" оказался рядом, а чуть севернее американцы потопили носовую часть. Необходимо заметить, что реальное состояние японского эсминца не позволяло проводить какие бы то ни было спасательные операции. Тем не менее со стороны он, безусловно, выглядел надежнее, чем обрубок линкора, вот-вот готовый пойти ко дну.

Интересно, что и у американцев сложилось впечатление (это прослеживается по некоторым записям в вахтенных журналах), что "Асагумо" пытался спасать остатки экипажа "Фусо". Хотя в материалах допросов выловленного из воды и взятого в плен командира "Асагумо" коммандера Сибаяма Кадзуо прямо не указано на такие действия, имеются данные, что, по крайней мере, один моряк с "Фусо" какое-то время после гибели линкора был вместе с членами экипажа "Асагумо" (а возможно, попал в число 30 японцев, подобранных эсминцем "Хейвуд Л.Эдварде" на месте гибели вражеского эсминца).

Старший механик "Асагумо" Исии Токичи, сообщил на допросе, что некто, "оставшийся в живых с "Фусо", находившийся вместе с ним, сказал ему, что попадание бомбы [в этот линкор] 24 октября разрушило кают-компанию и вызвало взрыв палубой ниже". Как известно, пленные японцы практически всегда отвечали на задаваемые вопросы правдиво, и нет оснований подозревать Исии в неискренности. Остается сожалеть, что допрашивавшие Исии американцы не задали ему вопросов относительно моряков с "Фусо". Кстати, названный факт является дополнительным доказательством того, что в проливе в районе о.Канихэн погиб именно линейный корабль "Фусо", а не "Ямасиро".

К сожалению, не имеется ни одного другого документального свидетельства о спасении членов экипажа "Фусо". Несмотря на целенаправленные попытки спасения японцев, предпринятые эсминцем "Хейвуд Л.Эдварде", подавляющее большинство находившихся в воде людей отказались подняться на борт американского корабля. Известно, что немногие из японцев, сумевшие достичь берегов пролива, были перебиты туземцами. Таким образом, в результате взрыва линкора, его затопления, отказа от спасения (плена) и убийства аборигенами фактически весь экипаж "Фусо" погиб.

>> ДАЛЬШЕ


в ТАЙНЫ ВОЙНЫ

в ЭНЦИКЛОПЕДИЮ

в КАРТУ САЙТА


  ЗАГАДКИ И ТАЙНЫ ХХ ВЕКА










Хостинг от uCoz